АНДРЕЙ ХОРОШАВИН

Вася

   Тихий, пахнущий цветами, свежей травой и берёзовыми листьями, июньский вечер, ласково укрывал всё вокруг тонкой подрагивающей в тёплых объятьях ветра, вуалью.

   Сегодня Василий решил отдохнуть от дел и оттянуться на все сто. Да и сложилось всё, как нельзя кстати. С утра уладил разногласия в семье, днём побывал в совете распределения льгот и на этот раз всё прошло без проволочек. А к вечеру, можно сказать, просто повезло. Здоровенный пьяный матрос, пахнущий смолой и верёвками, уснул на вверенной Василию территории. То-то было радости, когда вместе с чувством насыщения, по телу разлилась приятная хмельная истома. Триллионом голосов, он, Василий, был признан героем дня и награждён направлением на карнавал в зону отдыха, специально созданную для отличившихся членов социума.

   Именно по этой причине, приведя себя в надлежащий вид, Василий, что есть духу, несся на встречу к, по праву принадлежащим ему, удовольствиям. «М-м… Зона отдыха! Что там подают! Какие девочки! И всё это до самого утра!».

   Ботфорты начищены до зеркального блеска, чёрный бархатный камзол, чёрная шляпа с белым пёрышком, и, как сочный заключительный аккорд ко всей композиции - пышная и красная, как кровавая пена, грангола. В брюшке приятно перекатывалась капля хмельной матросской крови.

   У входа дежурил субъект странной наружности. Василий поправил шляпу и широко, насколько позволял хоботок, улыбнулся.

   – Направлэние! – Пробубнил тот, не обращая на костюм Василия никакого внимания.

   Василий спешно скользнул лапкой в карман и… внутри похолодело. Карман был пуст.

   – Ну?! – субъект прищурился. – Гидэ?

   – Сейчас, сейчас! – Василий лихорадочно обшаривал все имеющиеся карманы дрожащими лапками. – Здесь где-то… Было.

   – Бэз направлэния нэ пущу.

   – Дома забыл. В куртке. – Вася умоляюще сложил лапки перед собой.

   – Нэт. – Субъект взялся за дверную ручку.

   – Подождите! Это же я. Тот самый, – Василий, чуть не кричал от обиды, – который матроса нашёл.

   – А-а. – Субъект сыто улыбнулся. – Хороший матрос. Чем докажешь?

   – Я?! Дда, вот же! – Василий придвинул свой хоботок, на кончике которого блеснула красная капелька, к хоботку субъекта. Тот, смакуя, втянул её, и глаза его округлились.

   – Брат! – воскликнул он торжественно. – Ми с тобой одной крови – ты и я. Заходы дарагой. – И радостно пропищал в темноту дверного прохода. – Пасматритэ, кто пришёл!

   Шквал оваций и оглушительный писк нескольких миллиардов пьяных комаров хлынул навстречу счастливому Василию.